Want to create interactive content? It’s easy in Genially!

Reuse this genially

Ленинградская наша победа

sykt-print

Created on January 12, 2024

Start designing with a free template

Discover more than 1500 professional designs like these:

Smart Presentation

Practical Presentation

Essential Presentation

Akihabara Presentation

Pastel Color Presentation

Visual Presentation

Relaxing Presentation

Explore all templates

Transcript

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

Блокада Ленинграда стала самой кровопролитной осадой в истории человечества

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

В том сорок первом памятном году Железным обручем сковало красоту, Безжалостный, губительный охват, Жизнь ленинградцев превративший в ад...

Силы сторон СССР и Германии при обороне Ленинграда

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

8 сентября 1941 года фашистские войска смогли блокировать город

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

Немецкая авиация уничтожила склады с продовольствием

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

Запас продуктов к началу блокады

Самая низкая норма выдачи хлеба за всё время блокады – 250 граммов рабочим, остальным (служащие, иждивенцы, дети) – 125 граммов. В Ленинграде начался голод...

Пожары в Ленинграде после первого немецкого авианалета. 8 сентября 1941 г.

Блокадный хлеб был далек от его привычного понимания. Черный по цвету и горький на вкус, он был приготовлен из смеси ржаной обойной муки, пищевой целлюлозы, подсолнечного или кукурузного жмыха, обойной пыли. Добавлялись выбойки из мешков, нефильтрованный солод. Были и другие добавки, снижающие питательность хлеба.

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

Нормы выдачи хлеба в блокадном Ленинграде

"Дорога жизни"

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

К концу ноября 1941 г. накрепко замерзли воды Ладожского озера. По льду удалось наладить связь с Большой землей. Эту дорогу назвали «Дорогой жизни». По ней доставляли бесценный груз продовольствия голодающим, вывозили стариков, женщин и детей.

Дорогой жизни шел к нам хлеб, дорогой дружбы многих к многим. Еще не знают на земле страшней и радостней дороги… О. Берггольц

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

Для людей, которые не выключали радио, звук работающего метронома был, как биение сердца страны: раз оно еще не утихло, то это нужно и дальше держаться и не оставлять надежду. Этот равномерный и очень простой звук немного успокаивал людей, позволял им ощущать хоть какую-то уверенность.
"...Блокада прорвана, но бои не прекращаются. Очищенная от врага территория южнее Ладожского озера представляет собой сравнительно узкую брешь в блокадном кольце. Она значительно облегчает положение Ленинграда, но не избавляет его от тягот осады..." Из дневника А.В. Бурова. 20 января 1944 г.

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

…Разорвано кольцо, и в огненной метели они в те дни лицо Победы разглядели. Вячеслав Кузнецов

Немалый вклад в помощь Ленинграду в годы блокады внесла и Коми АССР. Воркутинский и интинский уголь спасал ленинградцев от холода

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

Начиная с 1942 года Ленинград получил из Воркуты 691 эшелон угля (из них более 40 эшелонов – сверх плана). Весь уголь для осажденного города собирался на базе станции Коса на восточном берегу Ладожского озера. Оттуда ценный груз на автомобилях доставлялся на западный берег к станции в районе деревни Ваганово. Затем — на предприятия, преимущественно — флагману промышленности «Кировскому заводу».
10 эшелонов угля – для города Ленина. Поддержим почин горняков Воркуты. Газета «За полярную магистраль», № 32 (251) от 15 июня 1944 г.
Статья «Работать по-ленинградски»

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

Статья «Работать по-ленинградски!». Газета «За Новый Север», № 4 (4469) от 05 января 1944 г.
Приказ Верховного главнокомандующего маршала Советского Союза Сталина И.В. генералу Говорову от 19 января 1944 г.

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

И.В.Сталин
Командующий Ленинградским фронтом генерал армии Говоров Леонид Александрович
Газета «За Новый Север», № 16 (4481) от 21 января 1944 г.
Газета «Ворлэдзысь», № 14 (6353) (на коми языке) от 20 января 1944 г.
Оперативная сводка Советского Информбюро за 19 января 1944 г.

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

Газета «За Новый Север», № 16 (4481) от 21 января 1944 г.
Приказ Верховного главнокомандующего Сталина И.В. генералу Мерецкову от 20 января 1944 г.

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

Командующий Волховским фронтом генерал армии Мерецков Кирилл Афанасьевич
Газета «Ворлэдзысь» (на коми языке) № 15 (6354) от 21 января 1944 г.
Газета «За Новый Север», № 16 (4481) от 21 января 1944 г.
Оперативная сводка Советского Информбюро за 20 января 1944 г.

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

Газета «За Новый Север», № 16 (4481) от 21 января 1944 г.
На фронтах Отечественной войны. Обзор военных действий за время с 12 по 19 января 1944 г.

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

Газета «За полярную магистраль»,№ 5 (224) от 21 января 1944 г.
Приказ Верховного Главнокомандующего Сталина И.В. генералу Говорову и генералу Мерецкову от 21 января 1944 г.

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

Газета «Ворлэдзысь» (на коми языке),№ 16 (6355) от 22 января 1944 г.
Газета «За Новый Север», № 17 (4482) от 22 января 1944 г.
Оперативная сводка Советского Информбюро за 21 января 1944 г.

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

Газета «За Новый Север», № 17 (4482) от 22 января 1944 г.
Газета «Ворлэдзысь» (на коми языке), № 16 (6355) от 22 января 1944 г.
Стихотворение И. Вавилина «Фронтовöй ёртлы»

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

Газета «Ворлэдзысь» (на коми языке) № 17 (6356) от 25 января 1944 г.
Приказ Верховного Главнокомандующего Сталина И.В. генералу Говорову от 24 января 1944 г.

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

Газета «За Новый Север», № 18 (4483)от 25 января 1944 г.
Газета «Ворлэдзысь» (на коми языке) № 17 (6356) от 25 января 1944 г.
Оперативная сводка Советского Информбюро за 25 января 1944 г.

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

Газета «Ворлэдзысь» (на коми языке) № 18 (6357) от 26 января 1944 г.
Газета «За Новый Север», № 19 (4484)от 26 января 1944 г.
27 января 1944 года продолжавшаяся 872 дня блокада Ленинграда была полностью ликвидирована. Героическая оборона города на Неве завершилась. В этот день в Ленинграде был дан артиллерийский салют 24 артиллерийскими залпами из 324 орудий, сопровождавшийся фейерверками и подсветкой зенитными прожекторами. Так для героического Ленинграда было сделано единственное исключение: салюты в ходе Великой Отечественной войны производились исключительно в Москве.

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

И в ночи январской беззвездной, Сам дивясь небывалой судьбе, Возвращенный из смертной бездны, Ленинград салютует себе! А. Ахматова

Газета «За Новый Север», № 19 (4484)от 26 января 1944 г.

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

День полного снятия блокады Ленинграда. 27 января 1944 г.
Ленинград победил

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

Когда отгремели раскаты салюта, Впервые за два с половиною года Настала желанная нами минута: Пришла тишина, но особого рода. Она ленинградской была тишиною. (Не сразу в неё мы поверили сами.) Была она куплена страшной ценою, Оплачена кровью, заслужена нами. Ведь каждый награды был этой достоин. И вот почему тишиной наслаждался В бою возле Пулкова раненный воин И тот, кто в цехах за победу сражался. Законную гордость в тот вечер изведав, Мы знали: былой тишины возвращенье И есть ленинградская наша победа, Минута затишья, канун возрожденья. Сбылись ленинградцев заветные думы! Недаром боролись мы все эти годы! Наполнились снова торжественным шумом Родные кварталы, родные заводы. Мы слушаем гул – то не гул канонады, То город расправил могучие плечи, И мы не забудем, бойцы Ленинграда, Салют над Невою в тот памятный вечер! И. Быстров
Газета «За Новый Север», № 19 (4484)от 26 января 1944 г.
Телеграмма Коми обкома ВКП(б) в адрес кондитерской фабрики имени Микояна

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

Газета «За Новый Север», № 19 (4484)от 26 января 1944 г.
Телеграмма Коми обкома ВКП(б) в адрес кондитерской фабрики имени Микояна с поздравлением в связи с полным освобождением Ленинграда от вражеской блокады. 28 января 1944 г. П-1. Оп.3. Д.1076. Л.5
Приказ войскам Ленинградского фронта (на коми языке)

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

Газета «Ворлэдзысь» (на коми языке) № 19 (6358) от 28 января 1944 г.
СалютБагровый огонь горизонта По городу красит снега. Бойцы ленинградского фронта В атаку пошли на врага. Дорогу пробили штыками, Бетон разметали огнём, И Родины красное знамя Пылает над Красным Селом. Но враг огрызается люто, Он чует конец роковой. Врываются залпы салюта В грохочущий залпами бой. Пылают огни горизонта, Всё гуще раскаты боёв, Бойцы Ленинградского фронта От Балтики гонят врагов! Николай Глейзаров

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

Газета «За Новый Север», № 19 (4484)от 26 января 1944 г.
Правительственная телеграмма Коми обкома ВКП(б)

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

Правительственная телеграмма Коми обкома ВКП(б) в адрес командующего войсками Ленинградского фронта генералу Говорову, секретарю областного и городского комитета ВКП(б) Жданову, секретарю городского комитета ВКП(б) Кузнецову, председателю Ленсовета Попкову с поздравлением в связи с полным освобождением Ленинграда от вражеской блокады. 28 января 1944 г. П-1. Оп.3. Д.1161. Л.17-18.
Газета «За Новый Север», № 19 (4484)от 26 января 1944 г.
Письмо коллектива студентов и преподавателей вузов

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

Письмо коллектива студентов и работников Коми пединститута и Карело-Финского государственного университета в отдел агитации и пропаганды Сыктывкарского горкома ВКП(б) о проведенном митинге в честь полного освобождения Ленинграда от вражеской блокады.28 января 1944 г. П-275. Оп.1. Д.334. Л.1-1об.
Газета «За Новый Север», № 19 (4484)от 26 января 1944 г.
Статья «Великая победа под Ленинградом»

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

Газета «За Новый Север», № 19 (4484)от 26 января 1944 г.
Газета «За Новый Север», № 21 (4486) от 29 января 1944 г.
Ленинград - победитель

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

Статья «Мужество и стойкость ленинградцев – для нас пример!» Газета «За Новый Север», № 22 (4487) от 30 января 1944 гг.
Газета «За Новый Север», № 19 (4484)от 26 января 1944 г.
Статья «Кар – победитель» Газета «Ворлэдзысь» (на коми языке), № 21 (6360) от 30 января 1944 г.
Павловский дворец
Вражеские войска находились в Павловске с 17 сентября 1941 года. Дворец для своего штаба выбрало гестапо. Там расположились казармы, госпиталь для офицеров, а прекрасный парк Павловска был превращен в запретную зону: под топор было пущено 70 тыс. деревьев, мосты - взорвали, старинные павильоны - изувечили. Отступая, фашисты решили уничтожить и сам Павловский дворец. Пожар в нем начался 24 января. Дворец горел три дня. Сил и средств на его тушение в разоренном Павловске не было. Да и подходить к дворцу было опасно - территория парка была заминирована. Едва дождавшись, пока саперы закончат работу, сотрудники музея ринулись посмотреть, что уцелело и как это можно спасти. Началась расчистка завалов, консервация чудом уцелевших в пламени фрагментов отделки.

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

Павловский дворец после пожара
Газета «За Новый Север», № 19 (4484)от 26 января 1944 г.
Статья «Немецъяс сотiсны Павловскöй дворец» Газета «Ворлэдзысь» (на коми языке), № 25 (6364) от 05 февраля 1944 г.
Трудовая вахта горняков городу-герою

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

В честь полного снятия блокады Ленинграда горняки Воркуты объявили фронтовую вахту. Газета «Заполярная кочегарка», № 8(232) от 08 февраля 1944 г.
«Трудовой салют – городу-герою». Газета «Заполярная кочегарка», № 8 (232) от 08 февраля 1944 г.
Газета «За Новый Север», № 19 (4484)от 26 января 1944 г.
Итоги месячного наступления войск Ленинградского и Волховского фронтов

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

Газета «За Новый Север», № 19 (4484)от 26 января 1944 г.
Газета «Ворлэдзысь» (на коми языке) № 37 (6346) от 22 февраля 1944 г.
Газета «За Новый Север», № 38 (4503) от 22 февраля 1944 г.
Помощь партизанских отрядов в борьбе с врагом

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

Газета «За Новый Север», № 19 (4484)от 26 января 1944 г.
Газета «За Новый Север», № 41 (4506) от 26 февраля 1944 г.
Воркутинский уголь - героическому Ленинграду

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

28 июня 1944 года в освобожденный от блокады Ленинград из Воркуты был отправлен первый эшелон сверхпланового угля. В июне 1944 года шахтеры «Воркутстроя» объявили фронтовой месячник по добыче сверхпланового угля.
Горняки Воркуты – городу Ленина. Поможем героическому Ленинграду восстановить разрушенное хозяйство». Газета «Заполярная кочегарка», № 37 (261) от 21 июня 1944 г.
Газета «За Новый Север», № 19 (4484)от 26 января 1944 г.
Открытое письмо ленинградцам

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

Открытое письмо секретарю Ленинградского обкома и горкома партии Жданову А.А., председателю исполкома Ленинградского городского Совета депутатов трудящихся Попкову П.С. и трудящимся города Ленина об отправке горняками Воркуты сверх плана 10 эшелонов угля и делегации в Ленинград.
Газета «За Новый Север», № 19 (4484)от 26 января 1944 г.
Жданов Андрей Александрович
Попков Петр Сергеевич
Газета «Заполярная кочегарка», № 39(262) от 28 июня 1944 г.
Подарки - Ленинграду

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

«Готовим подарок Ленинграду. 100000 рублей на приобретение угля». Газета «За полярную магистраль», № 51 (270) от 20 августа 1944 г.
«Готовим новый подарок. Собрание рабочих и служащих пос. Абезь. Газета «За полярную магистраль», № 47 (266) от 06 августа 1944 г.
Газета «За Новый Север», № 19 (4484)от 26 января 1944 г.
Благодарность ленинградцев

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

Газета «За Новый Север», № 19 (4484)от 26 января 1944 г.
Газета «Заполярная кочегарка», № 65(289) от 30 сентября 1944 г.
Газета «За полярную магистраль», № 47 (266) от 06 августа 1944 г.
Мы, верно, не забудем никогда, как стыла в трубах невская вода, как падали на улицах снаряды, как по путям трамвайным шла зима и замирали темные дома в глухом кольце тревоги и блокады... Илья Авраменко

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

Газета «За Новый Север», № 19 (4484)от 26 января 1944 г.

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

Блокада. Нам, живущим, не понять, Что чувствовал ребёнок, угасая, Везя на санках умершую мать И губы от бессилия кусая… Звучат сирены, метронома звук Тревожит память деточек блокадных, Им выпало без счёта адских мук, Труда для фронта без речей парадных… Анна Пешехонова
Газета «За Новый Север», № 19 (4484)от 26 января 1944 г.

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

Газета «За Новый Север», № 19 (4484)от 26 января 1944 г.
Чтоб снова Не повторилось той зимы, Нам нужно, чтобы наши дети Об этом помнили, как мы! Я не напрасно беспокоюсь, Чтоб не забылась та война: Ведь эта память – наша совесть. Она, как сила, нам нужна… Юрий Воронов

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

Газета «За Новый Север», № 19 (4484)от 26 января 1944 г.

Всё то, что было, – с ними рядом. Им кажется – ещё вчера На Невском падали снаряды, Звенели в небе «мессера», В снегу по пояс шла пехота, Жизнь хлебным мерилась пайком, Но им не то что нет охоты Сегодня вспоминать о том, А нечего добавить словом К молчанью павших дорогих, Где снег, не ведая о славе, Летит из года в год на них. В соседях ближних, в землях дальних Сильнее слов любых гремит Молчание мемориальных Гранитных пискарёвских плит. Сергей Орлов

В заздравной дате государства, Отмеченной календарём, Еще дымится снег январский, Кинжальным вспоротый огнём. Еще цветёт над Ленинградом Салют, качается в глазах, Во имя снятия блокады На улицах и площадях. Не всё, что было, бронзой стало И медью литер прописных, Хотя уже, как зубров, мало Участников боёв живых. И тех блокадников, которым За девятьсот ночей и дней С тех пор обязан жизнью город И ратной славою своей.

Газета «За Новый Север», № 19 (4484)от 26 января 1944 г.